Александр, как понять четырёхмерное пространство? Аналогия с плоскоземельцами, которые не могут понять третье измерение хороша, что бы показать нашу ограниченность, но не дает понимания четвёртого измерения.

* * * * *

Вероятно, надо уделить этому примерно столько же времени, сколько у вас ушло на понимание трехмерного пространства. Помните? А, нет, не помните...

Вы просыпались, брали в руку погремушку, смотрели на неё и пробовали понимать трехмерное пространство. Движение по трем направлениям, вращение вокруг трёх осей. Туда-сюда. Тысячи повторений, изо дня в день. Вы экспериментировали с кубиками. Положить вот так. Падает. Положить вот так. Не падает. Тысячи опытов. Вы пытались пропихнуть круглое в квадратные дырки и треугольное в круглые. Проходит. Не проходит. Тысячи раз. Вы научились перемещаться и внимательно смотрели, как при ваших перемещениях меняется картина мира вокруг вас.

В общем, за пару довольно напряженных лет вы поняли трехмерное пространство и применяете это понимание на протяжении всей жизни. И всё равно для вас может оказаться сюрпризом, что в кубе можно проделать дырку, в которую пролезет куб большего размера. И всё равно для вас может оказаться сюрпризом, что привезенный диван невозможно занести в квартиру.

С одной стороны, с той поры способности вашего мозга к обучению изрядно ухудшились, с другой — теперь вы можете использовать намного более продуманный учебный курс, так что можно надеяться, что за ту же пару лет получится управиться. Главное — определиться, зачем вам это настолько сильно надо. В быту не встречается ничего такого четырехмерного, что можно было бы сожрать или выебать, поэтому с мотивацией будут изрядные проблемы.

В довольно раннем детстве довелось мне поиграть в КТор; по правилам эта изобретенная в 1986 году странная штуковина была близка не то к Го, не то к Реверси, а игровым полем служил тор (клеточный – откуда, собственно, и название).

Поскольку анатомия, сопромат и физика не благоприятствуют игре на «настоящем» трехмерном торе (да и сама метрика пространства как-то не одобряет), поле разворачивалось на плоскую доску. Чтобы облегчить восприятие его «закольцованности», по краям вводились области склейки – у поставленной в них фишки тут же появлялся «двойник» на другой стороне доски. Фишка в углу порождала целых три «отражения» в других углах.

Не помню, насколько глубоко я в то время понимал геометрию тора в целом и смысл этой операции удвоения-учетверения фишек в частности. Правила содержали подробные разъяснения, сопровождаемые рисунками сворачиваемого в трубочку поля, и не было причин им не доверять. Но, кажется, юному сознанию все же не хватало мощности абстрактного мышления, чтобы в полной мере принять, что вот эти две фишки – на самом деле одна. И вот эти четыре – тоже одна. Краевые области всё равно казались этакой зоной непослушания, позволявшей сделать два хода за раз вместо одного. Когда ты делал дебютный ход в центре доски, а противник отвечал ходом в угол – трудно было отделаться от ощущения, что тебя каким-то не вполне честным образом окружают превосходящими силами.

И вот что подумалось двадцать с лишним лет спустя: множество человеческих умений, способностей, талантов – оно ведь тоже может быть замкнутым если не по всем направлениям, то хотя бы по некоторым. Конечно, оно не сводится к двум циклическим координатам, как тор, но тем не менее.

Мы по привычке разворачиваем его на плоскость, потому что не привыкли иметь дела с чем-то еще. От базового, животного эгоцентризма никуда не деться – и мы оказываемся аккурат в центре этой развертки. А по краям возникают те самые области склейки, в которых одна фишка кажется многими.

И если кажется, что фишки способностей того, другого, окружают со всех сторон, превосходят числом и давят массой, то… ну, в принципе, это может быть и на самом деле так, тут не игра по правилам, и равенства никто не обещал. Но стоит помнить и про возможность того, что это на самом деле может быть всего одна фишка. И что тот, другой, может аналогичным образом видеть тебя.

Итак, обещанный спецзаказ. Александр, расскажите про "Прометея": http://www.kinopoisk.ru/film/467099/

* * * * *

Честно говоря, не считаю этот фильм достойным развернутых рецензий, так что воспользуюсь поводом, чтобы высказаться на более общую тему — почему я уже вконец утомился чего-то ждать от новых sci-fi фильмов, и почему в одних случаях я доебываюсь до неверных наклонений орбит космических аппаратов, а в других фильму прощается полнейшая ебанутость.

Дело в том, что научная фантастика в кино практически не существует как жанр (её и в литературе-то почти не встречается, если на то пошло). Загвоздка, естественно, в слове «научная». Кинематограф показывает не мир, подчиняющийся физическим законам, а мир, управляемый сумасбродными сверхъестественными силами, смутно похожими на них по внешним проявлениям.

Не закон сохранения импульса и формула Циолоковского — а дух Реактивного Движения, который по своей прихоти может поднять с планеты тысячетонный корабль, лишь слегка качнув ветки деревьев. Не планковское излучение и давление насыщенных паров — а божество Космического Вакуума, которое выброшенного в пространство человека может задушить, может взорвать, а может заморозить — по настроению. Не генетика и биология в целом — а демоны Мутагенеза, способные превратить человека в чудовище или красавицу. Не сопромат и критерии подобия — а божество Разрушения, которое кидает монетку и решает — разобьется ли корабль об метеорит или метеорит об корабль.

И это само по себе не обязательно плохо. Миф — давняя форма творчества и взаимодействия с бессознательным. Это бывает офигенно. В положительных литературных примерах — «Дюна» (при чтении которой совершенно не смущают нюансы передвижения километровых (!) Шаи-Хулудов через толщу песка (!!)), кинематографических — «Звездные войны» и «Стражи Галактики» (при просмотре которых не возникает желания упрекать Лорда в том, что он шлем спешит снять. Он миф, ему можно).

Фигня случается, когда два подхода — мифотворческкий и научный — смешиваются. Тогда фильм начинает напоминать тех самых «шизотериков» и «астралопитеков», которые спешат демонстративно отказаться от научной методологии и её достижений, но при этом от своих действий ждут — до пены у рта ждут — ровно того же, чего ждёт от экспериментов наука, т.е. повторяемости результата, воспроизводимости результата, предсказуемости результата, независимости результата от личности выполняющего действие.

Именно поэтому мне особо отвратительны «Гравитация» и «Интерстеллар». Они смешали науку и миф в максимально тошнотворной пропорции и угодили на самое дно Uncanny Valley достоверности. Тот случай, когда смешение килограмма клубничного варенья с килограммом малинового внезапно даёт два килограмма говна.

А «Прометей»… ну что «Прометей». Воззвали к божествам, погасили рациональность на территории фильма — и спустили вызванную мощь непонятно на что. Картинки красивы, но сюжет зрителю явно надо где-то докупать за дополнительные деньги. Вместо величественного эпоса получились какие-то дневниковые записки Зевса в духе "чуваки, вы бы знали, как неудобно трахать тёлку, когда ты лебедь".

После небольшого ЧП взрывного характера решили всё-таки выяснить, куда ведет выхлоп всех вакуумных насосов нашей лаборатории. После увлекательного расследования "Гарри Поттер и тайна ржавого стояка" оказалось, что он врезан — несколько десятилетий назад — в некую трубу, в которой, если приехавшая на вызов пожарная команда вдруг решит использовать её по назначению, ВНЕЗАПНО окажется не привычный воздух, а вода под давлением атмосфер двадцать.

При должной минорности духа практически всё может быть метафорой несовершенных человеческих отношений, ВОТ И СЕЙЧАС.

//по-новому смотрю на знаменитую историю про обнаружение Цистерны Базилика ("кто-то заинтересовался, откуда же берется рыба, которую местные жители ловили у себя дома через щели в полу")

Есть ли на твоей памяти какие-нибудь истории-страшилки, которые можно было бы рассказать в ходе ночных посиделок у костра? В особенности приветствуются пугающие случаи из собственной жизни.

* * * * *

Покопавшись в памяти, я понимаю, что самым мистическим эпизодом моей жизни была и остаётся небольшая закорючка на линии на экране осциллографа.

Она упорно появлялась вновь и вновь, хотя её там быть не могло никак и никогда – но чтобы объяснить случайному любопытствующему, что она вообще означает и почему её там быть не может, пришлось бы прочитать вводную лекцию по газодинамике и технике ударнотрубного эксперимента эдак на академический час. Если со мной хотели связаться через гиперкуб существа из пятого измерения – ну простите, чуваки, я вас не понял.

Смех смехом, а эта история и сейчас, спустя четыре года, производит весьма гнетущее впечатление. Глюк, наблюдавшийся многими людьми, устойчиво просуществовал три дня, в течение которых были испробованы все мыслимые способы попротирать стёкла и попинать колёса (очень, очень сложно диагностировать и чинить внутреннее пространство длинного полого металлического цилиндра, от которого не требуется ничего, кроме как быть полым и длинным, и вроде бы он этим требованиям вполне удовлетовряет; дзен-задача, практически железная флейта без отверстий), потом внезапно исчез и более не появлялся.

Мораль сей истории, видимо, такова: то, что знание, опыт и продвинутая техника расширяют границы возможного – правда, но не вся. Границы невозможного и мистического они тоже расширяют изрядно.

Какую роль книга играет в твоей жизни? Есть ли такое произведение, которое повлияло на тебя?

* * * * *

Какую роль в твоей жизни, анон, играет еда? Была ли такая порция, которая повлияла на тебя?

Может, эта вездесущая мода на перенаселенный, красно-фиолетовый от громоздящихся рдеющих туманностей и искрящийся звездами всех цветов космос — следствие наивной визуализации оси времени. Далекое прошлое было черно-белым, нечетким и неконтрастным, потом появились полинялые неверные оттенки, где-то во времена нашей юности цветопередача стала безупречной, настоящее несёт все более насыщенные цвета и все более яркие блики, и, значит, будущее — а космос, конечно, типичное будущее — должно быть ярче яркого и цветнее цветного.

А потому космос должен напоминать костюмы 2015 г. по версии Back to the Future — и кому есть дело до того, что его вид для человеческого глаза по строгой аскетичности даст фору монашеским одеяниям.

Интересно, каким был стереотипный образ космоса в массовом сознании до начала бурного развития цветной фотографии и цветного кино.